Музей-заповедник «Абрамцево» в марте еще утопает в снегах. Зябко, промозгло, но холодные ветра уже не залетают в этот тихий лесной уголок. Все ждет весны: и избушка на корьих ножках (именно на «корьих», как объяснила экскурсовод), и старый дворянский дом с мезонином, и васнецовская церковь Спаса Нерукотворного, и даже шустрые белки, в огромном количестве снующие тут и там по стволам вековых лип, помнящих еще Гоголя и Тургенева. Крыша и навес над крыльцом большой мастерской тоже еще под снегом. Здесь Врубель химичил с различными рецептами майолики и особой глины и весьма в этом преуспел. И, кстати, не забыл соорудить изумительную скамейку здесь же, на краю холма, с которого отрывается прекрасный вид на пойму реки Воря и на известный пейзаж, в который Нестеров поместил юного преподобного отца Сергия на картине «Видение отроку Варфоломею» (так, между прочим, от рождения звали этого великого святого).

Савва Мамонтов постарался на славу.Его меценатство не знает других примеров. И общество его щедро отблагодарило – посадило в тюрьму по подложному обвинению в махинациях с ценными бумагами. А Шаляпин, которого он, по сути, возвел на олимп славы, даже не навестил его в старой таганской тюрьме. Тоже был добрый малый.